В то время как власть викингов в Ирландии и на Востоке неизменно шла на убыль, в Англии она неожиданно получила, что называется, мощное вливание, когда в 978 г. на трон в Лондоне взошел слабый и нерешительный король, запомнившийся потомкам как Этельред Неспособный. В 980 г. пиратские набеги возобновились, причем интенсивность и степень болезненности их для народа и страны на протяжении следующих 30 лет все возрастала, несмотря на уплату датского выхода и крупномасштабных попыток откупиться: 10 ООО фунтов (4536 кг) серебра было выплачено в 991 г., затем 16 ООО фунтов (7257 кг) -в 994 г., каковые суммы только раз от раза увеличивались в стойкой пропорции, отражая возрастающие требования, и достигли 48 ООО фунтов (21 773 кг)в 1012 г. Подогретые такой удобной возможностью разбогатеть, датские викинги являлись в Англию на протяжении периода с 997 по 1014 г. буквально ежегодно. Военная организация страны, не имевшая сильного и способного руководства, постепенно рушилась под непрекращающимися ударами, систематически наносимыми королем Свеном Вилобородым, правившим Данией с 984 по 1014 г. В итоге в 1013 г. население Нортумбрии и Восточной Англии признало Свена как сюзерена, что привело к появлению целой плеяды викингов на престоле Англии, начиная от Свена (1013-1014 гг.), его сына Кнута (1016-1035 гг.) и заканчивая сыновьями последнего - Харальдом Заячьей Лапой (1035-1040 гг.) и Хар-такнутом (1040-1042 гг.). Хотя династия исчерпалась на Хартакнуте, претензии на английский трон со стороны скандинавов возобновились, но на сей раз уже в образе норвежского короля Харальда Сигурдссона, который унаследовал права от племянника, Магнуса Доброго, короля Дании и Норвегии в 1042-1047 гг. (имеется в виду Магнус I, правивший в Норвегии с 1035 г. - Прим. пер.).

Харальд III Сигурдссон, уже посмертно прозванный Хардрадой (Безжалостным), жил полной опасностей и приключений жизнью, впрочем, вполне типичной для многих вождей викингов. Сын мелкого норвежского короля, правившего в районе Рингерике, в 1030 г. он сражался в поддержку сводного брата, короля Олафа II Харальдссона (святого Олафа) в битве при Стиклестаде, где Олаф погиб. Позднее Харальд бежал на Восток ко двору великого князя Ярослава Мудрого (на киевском престоле с 1019 по 1054 г. - Прим. пер.). Прожив там несколько лет, успев в том числе повоевать с поляками, он «с большой свитой» отправился в Константинополь, где и поступил в знаменитую варяжскую стражу. Харальд сражался с арабами в Анатолии и на Сицилии под началом Георгия Маниака, а также в войсках других византийских полководцев в Южной Италии и в Болгарии, угодил в застенок в Константинополе по обвинению в незаконном присвоении императорской добычи в ходе вышеназванных экспедиций. По всей видимости, Харальду удалось бежать из темницы во время крупного восстания против императора Михаила Калафата в 1042 г., после чего он через Русь вернулся в Скандинавию. Добравшись до Дании, он содействовал Свену Ульфссону в его борьбе с племянником Харальда, королем Магнусом, за право владеть датским троном, однако в 1045 г. перешел на сторону Магнуса, предложившего ему половину королевства Норвегия, а после смерти Магнуса в 1047 г. получил и оставшуюся часть.

Ему был уже 51 год, когда в 1066 г. Тостиг, опальный эрл Нортумбрии и брат короля Гарольда II Годвинссона Английского, появился в Норвегии в поисках военной помощи в деле возвращения себе утраченных владений. Хардрада имел виды на английский трон по крайней мере с 50-х гг. XI века, и особо уговаривать его Тостигу, надо полагать, не пришлось. Как сообщает «Сага о короле Ха-ральде», «эрл и король часто и подолгу беседовали и вот в итоге пришли к решению вторгнуться в Англию летом». На юге Норвегии собрался огромный флот: автор саги оценил его размеры в 240 ладей («не считая транспортных кораблей и мелких судов»), а «Англосаксонская летопись» называет цифру 300, на которые погрузилось «большое пиратское воинство». Численность его, по мнению современных ученых, достигала 9-10 тыс. чел., но, возможно, доходила и до 18 тыс. чел. К вышеназванному флоту в виду Оркнейских островов присоединилась флотилия эрла Тостига из 12 кораблей с экипажами из воинов его дружины и фламандских пиратов. Оттуда эскадры проследовали к Хамберу (часто говорят «река Хамбер», но вообще это эстуарий, или устье, рек Уз и Трент. - Прим. пер.)) по пути занимаясь грабежом, а затем поднялись до Риккола, что примерно в 15 км к югу от Йорка. Тут норвежцы высадились, ожидая возможности дать бой саксонской армии, которая выступила против них из Иорка под началом эрла Нортумбрии Моркера и эрла Мерсии Эдвина. «Сага о короле Харальде» раскрывает подробности:

Король Харальд вышел на берег и построил войско. Одно крыло упиралось в реку, а другое пролегало вдоль рва и уходило в сторону суши, где имелось большое покрытое водой болото. Армия эрлов медленно продвигалась вдоль реки плотным строем. Знамя короля Харальда развевалось возле воды, где воины стояли наиболее густыми рядами, менее плотным был строй вдоль рва, где находились самые ненадежные воины. Когда эрлы обрушились на норвежцев в том месте, последние не выдержали, и английский авангард со знаменем Моркера устремился вперед, думая, что норвежцы побегут.

Когда король Харальд увидел, что приближавшиеся английские порядки уже перед ним, он велел трубить в рога, возвещая об атаке, и призвал воинов броситься на врага без страха. Приказав нести рядом с ним боевое знамя «Разоритель Земель», он устремился вперед так яростно и напористо, что никто и ничто не могло противостоять ему. Среди людей эрлов был большой урон, и скоро они не выдержали и побежали, частью вниз по реке, а частью вверх по ней, но большинство угодило в болото, которое так наполнилось трупами, что норвежцы могли преследовать остальных, не замочив ног.

Так завершилось сражение под Фулфордом, разыгравшееся в среду, 20 сентября. Самая длинная версия «Англосаксонской летописи» содержит лишь краткое упоминание о вышеуказанном боевом соприкосновении, утверждая, что «войско эрлов порубило викингов изрядно, но потом великое число англичан тоже пало от оружия или утонуло, армия их побежала и рассеялась, и поле боя осталось за скандинавами».

Больше Йорк не дерзал сопротивляться викингам и открыл сношения с Ха-ральдом, согласившись принять его как короля и дать ему заложников. Именно ради получения заложников Харальд 24 сентября разбил лагерь под Стамфорд-Бриджем, что в 11 км к востоку от Иорка, оставив не менее трети армии и флот у Риккола под командой Эйстена Урри, «самого знатного из всех лендерменов» (людей с землей, т.е. крупных землевладельцев, или нобилей). Остальная часть армии не располагала на тот момент должным снаряжением и довольно мало годилась для битвы. «Сага о короле Харальде» рассказывает о том, что из-за солнечной и жаркой погоды «они не надели доспехов, но вышли на берег лишь при щитах, шлемах, с копьями и опоясанные мечами. Некоторые захватили луки со стрелами, и все были беззаботны». Думается, легко представить себе, какой шок испытали викинги, когда следующим утром увидели вместо посольства с заложниками «приближавшееся к ним огромное войско. Они узрели перед собой клубы пыли, поднятые копытами лошадей, расписные щиты и сияющие на солнце доспехи». Так появилась еще одна саксонская армия, возглавлял ее лично король Гарольд II Годвинссон с его дружиной из английских хускарлов (huscarl - букв, означает домашний человек, т.е. представитель вооруженной дворни, гвардии государя. -Прим. пер.)у каждого из которых один из сподвижников самого Хардрады аттестовал как «стоивших двух любых лучших воинов в войске короля Харальда». В саге говорится, что в последней попытке спасти заблудшего брата Гарольд начал с переговоров, предлагая Тостигу треть королевства, если тот присоединится к нему. Тут Тостиг поинтересовался, какие же компенсации в том случае стоит ожидать Хардраде, на что Гарольд ответил знаменитой репликой: «Семь футов английской земли или побольше, поскольку он выше многих других».

Правдивость описания последовавшего затем сражения, данного Снурри Стурлуссоном в «Саге о короле Харальде» - единственного подобного свидетельства, которым мы располагаем, - вызывает подозрения по ряду причин, не в последнюю очередь потому, что он путает некоторые аспекты с событиями битвы при Гастингсе. Однако представляется вполне вероятным, что в момент появления английской армии норвежские воины находились по обеим сторонам реки Дервент, что объясняет заметный эпизод из «Англосаксонской летописи», когда «один норвежец стойко бился против [наседавших] английских войск, чтобы те не могли перейти мост и вырвать у скандинавов победу. Англичанин выстрелил в него из лука, но все напрасно, другой же пробрался под мостом и ударил его мечом [в открытое место] под панцирем». Задержка, вызванная схваткой у моста, позволила оказавшимся в численном меньшинстве скандинавам собрать основные силы на противоположном берегу и построить их ощетинившимся остриями копий и «плотно прикрытым спереди и сверху» щитами кругом, на который и обрушилась английская армия. Сага говорит, что Хардрада «исполнился такой ярости, что бросился в бой впереди воинов и бился двумя руками, так что ни шлемы, ни кольчуги не могли сдержать его ударов, а потому все, кто попадался на пути его, отступали. Казалось, что англичане вот-вот не выдержат и побегут... Но короля Харальда сразила стрела, попавшая ему в горло, и он погиб. Он пал в бою, как и все, кто следовал за ним вперед, кроме тех, кто отошел с королевским знаменем "Разоритель Земель"». Командование принял эрл Тостиг, когда же оставшимся норвежцам предложили пощаду от Гарольда Годвинссона, они ответили, что предпочитают смерть. Именно смерть и постигла Тостига и большинство уцелевших скандинавов. Сага продолжает рассказ:

В тот момент подступил Эйстен Урри со всеми оставленными при кораблях людьми, которые облачились в доспехи. Эйстен взял знамя короля Харальда, и битва возобновилась в очередной раз, причем казалась даже более ожесточенной, чем раньше. Англичане гибли в большом числе и вновь были готовы уже обратиться в бегство. Эту часть сражения назвали ураганом Урри. Эйстен и его воины бегом проделали весь путь к району боя от стоянки ладей (где посланный Хардрадой конный связной принес им весть о приходе англосаксов), а потому истомились и были почти не в состоянии биться, однако же пришли в такую ярость, что даже не заботились прикрываться щитами. Со временем они избавились и от кольчуг, после чего англичанам стало проще разить викингов, но иные даже и без особых ран умирали от перенапряжения. Почти все предводители норвежцев нашли смерть в бою.

Случилось все ближе к вечеру. Как и можно ожидать, не все поступили подобным образом. Некоторые побежали, и иным посчастливилось уцелеть тем или другим образом. Резня продолжалась и в уже наступивших сумерках.

«Англосаксонская летопись» сообщает, что победители преследовали скандинавов весь путь к их кораблям в Рикколе и что уцелели лишь немногие. Спасшимся дали уйти всего на 24 кораблях, в то время как цвет мужской части норвежского генофонда остался гнить на поле несчастной битвы.

Хотя отдельные набеги на Англию продолжали отмечаться вплоть до 1151 г., а скандинавские пираты с Оркнейских и Западных островов пошаливали на ее территории и позднее, вполне понятно, почему именно 1066 г. обычно служит как заключительный год эры викингов и почему Харальда Хардраду нередко именуют «последним викингом». Его поход являлся по сути своей заключительным крупным предприятием такого рода в эпоху викингов. В истории викингов, начавшейся почти 300 лет назад, наступил закат.